Информация, которую родители и родственники сообщали американским властям ради возвращения детей из миграционных центров, стала использоваться для иммиграционных задержаний.
С января 2025 года Управление по расселению беженцев США передало Иммиграционной и таможенной полиции более 460 тысяч сведений о несовершеннолетних мигрантах, их потенциальных опекунах и других членах семей.
После получения этих данных ICE задержала свыше 12 тысяч человек. Масштаб обмена информацией раскрыли внутренние правительственные документы, изученные Reuters.
Речь идет о системе, которая изначально создавалась для безопасного размещения детей, прибывших в США без родителей. Теперь она одновременно стала одним из источников информации для иммиграционного контроля.
Почему дети оказываются в системе ORR
Когда несовершеннолетний пересекает южную границу США без родителя или официального опекуна, пограничные власти обычно передают его Управлению по расселению беженцев — Office of Refugee Resettlement, или ORR.
Несмотря на название ведомства, оно занимается не только беженцами. С начала 2000-х годов ORR также отвечает за содержание детей-мигрантов, прибывших в страну без сопровождения взрослых.
Пока ребенок находится в федеральной системе, сотрудники должны найти для него безопасного спонсора. Чаще всего им становится:
— отец или мать;
— взрослый брат или сестра;
— дядя или тетя;
— другой близкий родственник;
— семейный знакомый, способный взять ребенка под опеку.
Федеральный закон требует обеспечивать детям жилье, питание и медицинскую помощь, а затем без неоправданной задержки передавать их в безопасные условия к подходящему спонсору.
Ребенок при этом не получает автоматического права остаться в США. После выхода из центра его иммиграционное дело продолжается отдельно, а окончательное решение может принимать суд.
Какие сведения приходится раскрывать родственникам
Чтобы забрать ребенка, потенциальный спонсор должен пройти подробную проверку.
В зависимости от обстоятельств власти могут потребовать:
— документы, подтверждающие родство;
— адрес будущего проживания ребенка;
— удостоверения личности;
— сведения о других людях, живущих в доме;
— отпечатки пальцев;
— результаты проверки криминального прошлого;
— налоговые и финансовые документы;
— данные о работе;
— иногда анализ ДНК.
Действующие инструкции ORR предусматривают проверку публичных сведений о криминальной истории всех совершеннолетних, указанных в заявлении спонсора.
Родители и другие родственники раскрывают эти сведения не для оформления собственного иммиграционного статуса, а чтобы доказать, что ребенок окажется в безопасном доме.
Именно поэтому в прошлом доступ иммиграционной полиции к таким данным пытались ограничивать.
Почему данные раньше старались не передавать ICE
В течение многих лет система защиты детей была в значительной степени отделена от обычного иммиграционного контроля.
Логика была простой: если родитель без легального статуса будет опасаться ареста, он может не обратиться за собственным ребенком. В результате несовершеннолетний останется в государственном учреждении, хотя у него есть семья, готовая принять его.
Политика должна была позволять родственникам участвовать в процессе без автоматического риска задержания только из-за их иммиграционного положения.
Федеральные инструкции ORR даже сейчас указывают, что потенциального спонсора нельзя отклонять исключительно из-за его иммиграционного статуса.
Однако после возвращения Дональда Трампа в Белый дом подход к обмену информацией резко изменился.
По данным Reuters, с января 2025 года ORR направило ICE более 460 тысяч так называемых leads — сведений или наводок, связанных с детьми, спонсорами и другими членами домохозяйств.
Кто оказался среди задержанных
В опубликованной статистике речь идет не только о потенциальных спонсорах.
Информация могла касаться:
— самих несовершеннолетних;
— родителей;
— других родственников;
— супругов и партнеров спонсоров;
— совершеннолетних жильцов дома;
— людей, указанных как дополнительные опекуны.
ICE использовала эти данные для проверки иммиграционного статуса, поиска людей и проведения задержаний.
Более 12 тысяч арестованных — это не обязательно 12 тысяч спонсоров, пытавшихся забрать детей. В общую цифру входят разные категории людей, обнаруженных после передачи информации ORR.
Не означает эта цифра и того, что каждый задержанный имел криминальное прошлое. В части случаев основанием могло быть только отсутствие законного статуса или наличие незавершенного депортационного дела.
Как власти объясняют новую политику
Министерство внутренней безопасности заявляет, что обмен информацией необходим для защиты несовершеннолетних.
По версии DHS, в предыдущие годы некоторых детей передавали недостаточно проверенным опекунам. Среди потенциальных рисков ведомство называет:
— торговлю людьми;
— трудовую эксплуатацию;
— сексуальное насилие;
— передачу детей людям с криминальным прошлым;
— использование несовершеннолетних для мошенничества;
— исчезновение детей после выхода из федеральной системы.
DHS сообщило Reuters, что ORR передает возможные следственные сведения подразделению Homeland Security Investigations, чтобы искать детей, помещенных к непроверенным спонсорам, в том числе к людям с судимостями.
Администрация также заявляла, что совместные операции помогают находить несовершеннолетних, с которыми власти потеряли контакт, и выявлять случаи эксплуатации.
ORR при этом подчеркивает, что само ведомство не участвует в задержаниях детей и отвечает прежде всего за их содержание и безопасное размещение.
Почему критики считают систему опасной
Бывшие сотрудники ORR и иммиграционные адвокаты считают, что борьба с реальными злоупотреблениями превратилась в более широкую систему поиска мигрантов.
По их мнению, государство использует данные детской программы не только для проверки безопасности домов, но и для обычного иммиграционного контроля.
Бывшая заместитель директора ORR Джен Смайерс заявила Reuters, что прежние ограничения на передачу информации были полностью отменены. По ее оценке, программа защиты детей фактически используется для расширения депортаций.
Главный риск заключается в том, что семьи перестают доверять системе.
Даже человек без уголовных нарушений может опасаться предоставлять отпечатки пальцев, адрес и информацию обо всех жильцах, если понимает, что эти сведения поступят ICE.
В итоге родственник может отказаться выступать спонсором, а ребенок продолжит жить в федеральном центре.
Срок пребывания детей вырос более чем в шесть раз
Последствия новой политики заметны по времени, которое несовершеннолетние проводят под опекой ORR.
В 2024 финансовом году ребенок находился в центре в среднем около 30 дней.
К июню 2026 года средний срок вырос до 194 дней — более чем до шести месяцев.
Причиной стали дополнительные проверки спонсоров и членов их домохозяйств, более сложный сбор документов и опасения родственников обращаться в ORR.
Похожие оценки приводили правозащитные организации: весной 2026 года средняя продолжительность содержания уже превышала 190 дней.
Шесть месяцев имеют огромное значение для ребенка, который находится без родителей в незнакомой стране.
За это время он может:
— неоднократно менять учреждение;
— пропустить значительную часть учебного года;
— потерять контакт с родственниками;
— столкнуться с тревожностью и депрессией;
— не получить своевременную юридическую помощь;
— приблизиться к совершеннолетию, оставаясь в системе.
Некоторые дети достигают 18 лет еще до завершения процесса поиска спонсора. После этого их положение может резко измениться, поскольку они больше не подпадают под правила содержания несовершеннолетних.
Мать задержали вскоре после возвращения дочери
Reuters приводит историю 24-летней женщины по имени Аврора.
Она приехала в США без разрешения и работала уборщицей в Миссисипи. Ее шестилетняя дочь оставалась с родственниками в мексиканской деревне, поскольку мать считала переход через пустыню слишком опасным для маленького ребенка.
Позже родственник привез девочку к американской границе, где она сдалась пограничным властям и была передана в центр для несовершеннолетних.
Аврора более шести месяцев пыталась добиться освобождения дочери. Она предоставила многочисленные документы, прошла проверку и сдала тест ДНК. Согласно материалам дела, криминального прошлого у женщины не было.
Мать и дочь наконец воссоединились в конце марта 2026 года.
Но за день до освобождения ребенка иммиграционные сотрудники пришли домой к Авроре и потребовали явиться в офис ICE. Через несколько дней после воссоединения женщину вместе с дочерью задержали и отправили в семейный центр содержания в Дилли, штат Техас.
В заключении они провели около трех недель.
После освобождения Авроре установили электронный браслет и обязали регулярно отмечаться в ICE. За время ее отсутствия арендодатель выселил женщину и выбросил ее вещи.
Мать с дочерью были вынуждены переехать к знакомой в Калифорнию.
По словам Авроры, ребенок до сих пор иногда просыпается ночью и плачет, думая, что снова находится в заключении.
Другую семью разделили повторно
Еще одна история касается семьи из Гватемалы.
Марлени вместе с младшим сыном приехала в США в 2023 году, спасаясь от насилия. Ее старший сын Виктор остался на родине, но после убийства дяди также решил ехать на север.
На границе подростка передали ORR.
Чтобы добиться его освобождения, мать и ее партнер раскрыли властям налоговые сведения, отпечатки пальцев и другие данные. Поскольку у обоих не было криминального прошлого, они не ожидали, что информация приведет к задержанию.
После четырех месяцев в центре Виктора освободили — за день до его 18-летия.
Через два месяца сотрудники ICE арестовали Марлени и ее партнера, когда они собирались ехать на работу. DHS сообщило, что операция была связана с уголовным ордером в отношении партнера женщины, но не раскрыло Reuters подробности предполагаемого преступления.
После ареста взрослых Виктор остался один с шестилетним братом.
Из-за происходящего он пропустил заседание иммиграционного суда и получил приказ о депортации. Теперь молодой человек пытается найти адвоката и возобновить дело.
Система сначала вернула подростка матери, а затем фактически снова оставила детей без взрослых.
Почему задержание спонсора может ударить по самому ребенку
Арест родителя или опекуна не завершает иммиграционное дело несовершеннолетнего.
Напротив, он может создать новые проблемы:
— ребенок снова остается без законного представителя;
— семья теряет доход и жилье;
— некому контролировать судебные уведомления;
— пропускаются слушания;
— несовершеннолетний остается без адвоката;
— возникает риск повторного помещения в государственную систему;
— старшие дети вынуждены заботиться о младших.
Иммиграционные дела детей часто рассматриваются отдельно от дел их родителей. Поэтому задержание взрослого может привести к тому, что ребенок не явится в суд и получит заочный приказ о депортации.
Даже когда семью впоследствии освобождают, прежние жилье, работа и поддержка могут быть уже потеряны.
Все ли сведения ORR автоматически приводят к задержанию
Нет.
Более 460 тысяч переданных сведений привели более чем к 12 тысячам задержаний. То есть арестом закончилась лишь часть переданных наводок.
Кроме того, одна запись может содержать данные сразу о нескольких людях или, наоборот, один человек может появляться в системе несколько раз.
Опубликованные цифры не позволяют утверждать, что ICE проверило каждого потенциального спонсора или что любой родственник ребенка обязательно будет задержан.
Но сама возможность передачи данных меняет поведение семей. Для многих риск существует еще до того, как ICE приняла конкретное решение по их делу.
Что сейчас требуют от спонсоров
Процесс зависит от возраста ребенка, степени родства и обстоятельств дела.
Наиболее строгие проверки обычно применяются, если:
— спонсор не является близким родственником;
— в доме живут несколько взрослых;
— существуют сомнения в родстве;
— ребенок ранее подвергался эксплуатации;
— у спонсора есть криминальная история;
— поступала информация о возможной торговле людьми;
— ребенок считается особенно уязвимым.
ORR может проводить домашние проверки и назначать услуги сопровождения после освобождения ребенка. Такие услуги должны помогать несовершеннолетнему адаптироваться, посещать суд и получать медицинскую или психологическую помощь.
Однако новые требования стали распространяться значительно шире, включая отпечатки пальцев и проверку всех взрослых членов домохозяйства.
Может ли иммиграционный статус помешать забрать ребенка
По официальным правилам отсутствие легального статуса само по себе не должно автоматически лишать родственника права стать спонсором.
Основной вопрос ORR — безопасность ребенка и способность взрослого обеспечить ему подходящие условия.
Но на практике предоставление данных может привести к отдельной проверке со стороны ICE.
Таким образом, возникают два параллельных процесса:
- ORR решает, можно ли безопасно передать ребенку конкретному взрослому.
- ICE отдельно оценивает, есть ли основания задержать или депортировать этого взрослого.
Человек может успешно пройти проверку ORR как безопасный родитель, но затем столкнуться с иммиграционным задержанием из-за отсутствия статуса.
Именно это противоречие стало центральной проблемой новой политики.
Что должны знать родственники детей в ORR
Полностью отказаться от сотрудничества с ведомством часто невозможно: без необходимых данных ребенка могут не освободить.
Но перед передачей документов семье важно понимать потенциальные последствия.
Желательно заранее:
— проверить иммиграционные дела всех совершеннолетних жильцов;
— выяснить, нет ли старых приказов о депортации;
— проверить даты судебных слушаний;
— обновить адреса в USCIS и иммиграционном суде;
— проконсультироваться с иммиграционным адвокатом;
— сохранить копии всех переданных документов;
— подготовить план на случай задержания взрослого;
— определить другого человека, который сможет временно заботиться о ребенке;
— не предоставлять ложные данные и поддельные документы.
Если у потенциального спонсора есть окончательный приказ о депортации, пропущенное заседание или уголовное дело, риск особенно высок.
При этом страх перед ICE не должен заставлять семью оставлять ребенка без поддержки и юридической помощи. Каждая ситуация требует индивидуальной оценки.
Почему история выходит далеко за пределы 12 тысяч задержаний
Главное последствие новой политики измеряется не только количеством арестованных.
Изменение затронуло всю систему размещения несовершеннолетних мигрантов.
Родственники стали реже обращаться за детьми. Проверки занимают больше времени. Несовершеннолетние месяцами остаются в федеральных учреждениях. Освобождение ребенка может закончиться задержанием родителя, потерей жилья и новым разделением семьи.
Правительство утверждает, что таким образом защищает детей от опасных опекунов и эксплуатации.
Критики отвечают, что использование данных для массового иммиграционного контроля разрушает доверие к системе и в конечном итоге оставляет детей в учреждениях значительно дольше.
Обмен сведениями между ORR и ICE поставил семьи перед тяжелым выбором: раскрыть властям всю информацию, чтобы вернуть ребенка, или опасаться, что эти же данные будут использованы для задержания.
Именно поэтому более 460 тысяч переданных наводок — это не просто новая статистика иммиграционного контроля. Это изменение самого принципа, по которому в США воссоединяют детей-мигрантов с их семьями.
